Крот промолчал и на этот раз, бессмысленно пялясь в темноту.

- Эй-эй, братец, ты вообще-то в порядке? – забеспокоился Сиреневый.

Тут ему на плечо легла лапка Салатного.

- Бесполезно, - сказал тот. – Помнишь, он говорил, что когда умел смеяться, не умел разговаривать? Теперь он снова смеется, а нас больше не понимает.

- Вот оно что… - расстроился Сиреневый. – Обидно-то как. Лежим тут, лежим… Я так соскучился по Букашке… Хоть с Кротом поговорить…

- Ему-то так лучше, он ведь, получается, выздоровел, – напомнил Салатный.

Они грустно помолчали. Потом Салатный сказал:

- Ничего. Когда нас подарят, мы с Букашкой вообще расставаться не будем. А Крот когда-нибудь сломается и снова будет с нами.

- Точно, – обрадовался Сиреневый. – Точно! Так все и будет! И нечего зря грустить, правда?!

- Спрашиваешь! – улыбнулся Салатный.

… Тем временем рыжий котик, пробираясь по козырьку соседнего подъезда, словно услышав их, прищурился и замурлыкал:

История третья

Короли, жуки, грызлявки

1.

В дверь осторожно постучали. Не позвонили, а именно постучали. Значит, знали, что Букашка спит. Зайцы услышали, как мама вполголоса сказала:

- Привет. Заходи. Хорошо, что ты вовремя. Я только-только успеваю. Она должна спать еще час, я как раз вернусь.

- А если она проснется раньше? – прозвучал слегка напуганный мужской голос.

Зайцы в комоде завозились.

- Это еще кто? – удивился Сиреневый.